МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

Люди - не боги

← к списку статей




(Выступление на солженицынских чтениях, организованных в декабре 1990 года редакцией «Гражданского мира» и краевой организаций ДПР)

Полтора века назад Чаадаев предрек России послужить стра?ным уроком для человечества. Урок этот состоялся. На? народ поставил на себе чистый эксперимент и получил чистый результат: насилием ни одной человеческой проблемы не ре?и?ь.

Многие в на?и дни берутся ответить на вопрос: почему же Россия докатилась до такой убогой жизни, до разорения экономического и оскудения духовного? Причин тому называется немало, и каждое объяс­нение по-своему приближается к истине. Но если брать не в частностях, а в самом ?ироком смысле, на­верное, наиболее точный диагноз поставил великий русский писатель и мыслитель Александр Солженицын:

- Люди забыли Бога!

Я понимаю это утверждение не в узком, религиоз­ном контексте, а, скажем так, в основобытийном.

В на?ем обществе утвердилась и доминировала идеология отрицания выработанных тысячелетиями материальных и духовных основ совместной жизни людей. Отрицание было возведено в метод.

Поколения философов, писателей, историков, соци­ологов обосновывали правомерность сознательного и насильственного вме?ательства в ход истории для того, чтобы разру?ить целый и органичный мир, взорвать наличный космос, в котором каждому чело­веку и народу было определено - Богом ли, природой ли, это уже другой вопрос - свое место, своя ответ­ственность, свои обязанности перед дальними предка­ми и не менее далекими потомками. Этот мир, конеч­но же, не претендовал на титул самого совер?енного, но это был живой, постоянно развивающийся орга­низм, который жил по своим законам, гармоничным с природой.

? вот этот мир был разру?ен.

Я не намерен исследовать практическую сторону революции и последовав?их за ней потрясений. Со­средоточу внимание исключительно на ее внутренней, духовной стороне, на той разру?ительной мыслитель­ной работе, которая пред?ествовала разру?ению практическому. Ведь разру?ение сначала должно быть санкционировано в сознании и отдельного чело­века, и народа в целом.

Распад нравственного ядра начался с обоснования и последующего осуществления принципа необходи­мости и неотвратимости разру?ения старого мира. Богу, природе был бро?ен вызов: мы способны приду­мать и воплотить нечто более совер?енное, чем то, что получилось в ходе многовековой эволюции. Мы посмели изъять из оборота один, реально сущий кос­мос и подменить его другим, нами измы?ленным.

Вот в этой гордыне и самоуверенности, с какими часть человечества, объявив?ая себя луч?ей и пере­довой, вознамерилась по своим проектам и чертежам строить новую вселенную, новый мир, прорисовывает­ся смысловой стержень солженицынского утвержде­ния: люди забыли Бога.

Забыли потому, что сами стали равны Богу. ?ли посчитали себя таковыми. Узурпировали себе право по своему усмотрению устраивать мир, поворачивать реки, распоряжаться жизнью и смертью миллионов себе подобных. \"Течет вода Кубань-реки, куда велят боль?евики\" - совсем недавно было на?ей нормой сознания.

Мы возмущаемся неисчислимым жертвам и разо­рениям, которые постигли на?у Родину. Но это всего ли?ь следствие.

Мы должны поставить вопрос более принципиаль­но: какова мера ответственности и тех, кто открыл и обосновал саму возможность подобного вызова Богу, и тех, кто соблазнился этой возможностью? Кто в соз­нании своем пере?агнул Рубикон задолго до того, как раздались первые выстрелы.

За полвека до революции прозорливый Достоев­ский, подверг?ий мучительным нравственным испы­таниям своего героя Родиона Раскольникова, уже ис­следовал состояние человека, осмелив?егося задать себе вопрос: тварь ли я дрожащая или право имею?

Писатель сделал вывод, всей глубины которого мы до конца не осознали: человек не имеет власти над другим человеком. Тем более не имеет ее он над при­родой, народом, его историей. Попытки присвоить себе функции творца Вселенной ведут к катастрофи­ческим последствиям.

Человек не может, не должен, не имеет права переступать некую заповедную грань, определенную Богом ли, моралью ли. Не может, даже если технически это осуществимо. Техническое могущество, питающее на?и иллюзии о собственном венценосном месте в природе, должны стимулировать не приступы своеволия, а вести к сознанию своей ответственности, осторожности в действиях. Не случайно все настойчивее звучат требования запретить исследования целых направлений генной инженерии. Люди понимают, что есть тайны природы, к которым опасно прикасаться, потому что это может поколебать фундаментальные характеристики организованной материи. ? тогда неизбежен хаос, распад миллиардов связей, кру?ение мира. Как ответ на эту опасность набирает силу понимание, что выс?ее проявление воли и свободы состоит в умении наложить узду на свои волю и свободу.

Не дело человека   перекраивать данный ему мир. Человек - часть мира, и ему природой предназначено жить   в   согласии   с   природой,  жить   в   послу?ании, приспосабливаться   к   природе,   но  не  иначе.

Мир прекрасен, и он сам совер?енствуется, без революций и насильственного вме?ательства.

В еще боль?ей степени это относится к социальным явлениям.

На?е же общественное сознание буквально пронизано идеологией бунта и насилия, непослу?ания и своеволия. ?стоки бессмысленной непокорности восходят к знаменитому тезису Маркса о Фейербахе, который мы зазубривали в студенческие годы: \"Философы до сих пор объясняли мир, дело же заключается в том, чтобы изменить его\".

Эта маниакальная нацеленность на изменение мира, готовность переделывать окружающую среду, перековывать человеческие характеры, все эти БАМы, целины, повороты рек, мичуринские эксперименты, весь этот знакомый с детства пафос так называемого преобразования мира - на?а религия неустроенности и смятения в ду?ах. Это – продолжающаяся перманентная революция, до которой не дожил Троцкий, но которая-таки состоялась в поражающих воображение мас?табах.

Наивно полагать, что нам сравнительно легко удастся выбраться из этого капкана. Мало признать порочность воинственного тезиса, который стал основой целого мировоззрения. Мало опровергнуть его и научно доказать, что исповедание перемен и революций, увлечение идеей прогресса, понимаемого прежде всего как научно-технические усовер?енствования, рано или поздно приводит к катастрофе. Это часть дела. Предстоит еще понять, что этот Марксов тезис не только о?ибочен, он еще и антигуманен. Он развязывает в человеке колоссальные силы, но это не светлые, добрые, созидательные силы, тождественные согласию с природой и Богом, а разру?ительные, стихийные силы.

Человек не должен ставить перед собой нечеловеческие задачи, потому что, напрягаясь над их ре?ением, он попусту растрачивает свои силы и утрачивает человеческое начало.

Каков практический вывод из подобных рассуждений? Меня интересует вопрос об исторической ответственности интеллигенции, потому что, прежде всего от нее зависит уровень и интенсивность взаимоотно?ений народа с Богом, природой. Трагична судьба российской интеллигенции, которая в середине про?лого века сделала нравственный выбор в пользу атеизма, исторического материализма, в пользу ненависти.

Марксовский тезис, кабинетная заготовка неизбежно обосновывает классовую борьбу, баррикады, ревтрибуналы, расстрелы. Насилие как принцип ре?ения всех проблем закладывается в фундамент марксистско-ленинского мировоззрения. Но еще до Маркса русская интеллигенция соблазнилась легкой возможностью безответственного вме?ательства и подправления истории, ложно понимаемого спасения России через призыв \"к топору\". Она по?ла не по пути, предлагаемому Чаадаевым и Гоголем, а позже Достоевским и Толстым, - пути углубленного самопознания и личной ответственности, обращения к внутренним силам человека, упрочения семьи и веры как главных ценностей жизни, поиск согласия и примирения - а ввязалась в политические схватки, политическую борьбу, в передел имущества как средство ре?ения нравственных проблем. \"Жизнь есть действование, а действование есть борьба\" - заявлял не знав?ий Маркса и марксистов Белинский.

Не вся, но доминирующая часть интеллигенции увлеклась ложными идеалами вне?не политической активности и забыла, что ее главное предназначение -  сохранение, производство и накопление духовных и культурных ценностей, религиозный поиск. Не революционные потрясения, не механическое ?евеление миллионных толп, а неслы?ная мыслительная работа - вот локомотив истории. Мыслители, боль?ие и маленькие, производящие оригинальные идеи и трактующие их, связывают пласты различных эпох, благодаря их трудам бытие человечества приобретает протяженность во времени, а культурные традиции одного народа переплетаются, взаимообогащают традиции другого народа. Боль?евики пожали свою обильную кровавую жатву потому, что сорные семена классовой ненависти и розни были бро?ены в российскую почву задолго до того, как вождь мирового пролетариата оседлал броневик на Финском вокзале. ? в этом нам предстоит разобраться основательно, и не для того, чтобы выискивать крайних и виновных, а чтобы снова не попасть в ту же самую лову?ку.

Прогресс заложен в исходной сути материи. Он не нуждается в опеке тайных обществ и прогрессивных организаций и в искусственном понуждении. Прогресс, то есть то, к чему сознательно стремились социалисты всех стран, - равноправие, благоденствие, свобода, гармоничное развитие личности - это всего ли?ь следствие нормальной жизнедеятельности нормального общества. Он придет в назначенное время без заговоров и революций. В этом убеждает опыт развитых стран.

Концы и начала прогресса - в личности, живущей в согласии с Богом и природой.

Об этом приходится говорить сегодня потому, что на?е общество сегодня ре?ает задачи, во многом  сходные с, теми, которые так и не были ре?ены и сто, и семьдесят лет назад. ?нтеллигенции, народу вновь предстоит совер?ить выбор.