МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

Глава 26 ?ску?ение

← к списку статей


Во время перерыва на  заседании правления Демократической партии я извлек  из дипломата томики философа Жака Бодрийяра и социолога Пьера Бурдье. Не терпелось попробовать на зуб  добычу из  книжного магазина на Арбате.

Сосед слева впился взглядом  в коре?ки  и потянулся рукой.

-Бодрийяр и Бурдье – этого достаточно, чтобы понимать, что происходит в мире.

Над верхней губой ?евельнулась ?ирокая полоска. Почему-то на кончике  языка весело вертелся  французский  аналог слова усы  -  «мустаж». Может быть, потому, что он чем-то смахивал на Мопассана?

-? что вы собираетесь делать с этими книгами?

-Как обычно,   в номере гостиницы   порежу  ножницами на мелкие кусочки.

?лья Ройтман, секретарь по идеологии  оказался горячим  поклонником обоих французов.

В августе 1996-го года  в начале выборной губернаторской кампании он навестил Ставрополь с так и остав?ейся для меня загадочной миссией. Попросил свести  с губернатором. С ДПР давно порвано.  Представлялся он директором института политических исследований. Развернул удостоверение – фотография, печать. Весело улыбнулся:

-Подпись моя. Я сам учредил  институт. Я и директор, и сторож. Когда титулуе?ь себя  директором института,  производит впечатление.

Он заворожил вереницей любопытных историй   о явной и закулисной сторонах  избирательного  марафона.

-?збиратель любит, чтобы у него просили. В Америке на выборах в сенат произо?ла такая история. После окончания выборной кампании быв?ий кандидат в сенаторы встречается со своими  соседями, которые жили в коттедже рядом с ним. Отно?ения самые добрососедские. Пьют кофе. ? вдруг дама ненароком признается, что они с  мужем отдали свои голоса  одному  из конкурентов став?его таки сенатором соседа.

-Как?- изумился он.- Вы голосовали не за меня? Но  почему? Я вас чем-то обидел?

-Нет, что вы! Мы к вам очень расположены. Но ведь вы же не  просили, чтобы мы вас поддержали.

 Марченко беседой остался доволен.

-Василь, не теряй связь с этим парнем. Надо использовать его соображения.

Соображения  Ройтмана мы, увы, не использовали. Как, впрочем, и многие другие, в том числе, и мои. На? ?таб не накопил нетривиальных идей, кроме той, очень свежей, что старый конь борозды не портит,  голосуйте за Марченко. 

Шанс на победу, хиленький, но все же реальный,  сулил   уже опробованный  Аяцковым в Саратове ход. Столь же рискованный, сколь и циничный: театрализованно пожертвовать командой. Отправить  в отставку  вице-губернаторов, министров, и глав районных и городских администраций (потом все вынырнут на приличных должностях, а кто-то, может быть, и в прежнем качестве). 

Жертвоприно?ение отвергалось  без обсуждения. ?  я замыслил  параллельную интригу. Попросил зайти ко мне  авторитетного члена  краевого  Совета Ветеранов Петра  Плугарева  и спросил:

-Как по-ва?ему, если я уйду из администрации,  совет ветеранов поддержит Марченко?

В совете ветеранов заправляли коммунисты.

Он улыбнулся, догадав?ись, к  чему я клоню:

-Не думаю, что этот номер  пройдет. К вам отно?ение в стар?ем поколении неоднозначное,  но многие  вас уважают. Люди разобрались и понимают, что вы-то к развалу экономики и воровству не имеете никакого отно?ения. Так что ва?ей головой губернатор не откупится.

?лья  позвонил на следующий день после первого тура.

-Ну что, подсчитали?

У  Черногорова сорок восемь с половиной процентов, у Марченко  тридцать два.

-Подожди, второй тур впереди.

-Какой там второй тур! Все уже ре?ено.

-Что значит ре?ено?

-Кремль сдал вас  Зюганову. Забыл, как тебя оставили без денег для пенсионеров?

Как же забыть? Мой рабочий день  начинался  со справки о движении средств на счетах  пенсионного отделения. Кривая задолженности лезла  под потолок, в некоторых районах пенсий не видели три месяца. Я оббил пороги всех  приемных  в федеральном Министерстве социальной защиты и  Пенсионном Фонде России.

- Нас  пенсионеры растерзают! На носу губернаторские выборы, помогите!

Я нажимал  на близость Чечни. Нервозность на границе, беженцы.  ? тут еще пенсии. Войдите в на?е положение!  Люди скоро возьмутся  за колья!

Оловянные глаза,  каменные скулы.

-Думаете, вы одни такие? В стране ?естьдесят три дотационных региона... Дефицит Пенсионного Фонда  в июле один триллион двести миллиардов рублей, а к октябрю вырастет до пятнадцати триллионов. Девять  миллионов пенсионеров в июле не получили пенсию...

-А у меня три месяца не получают!.. - слы?али бы пенсионеры мой на грани истерии визг!

Заместитель Председателя Пенсионного фонда уте?ил  байкой:

-А вы знаете, что произо?ло в Муроме?

Пенсионеры разметали  милицейский наряд и сорвали двери в кабинет закрыв?егося  на ключ мэра. Хоро?их новостей для возбужденных гостей у градоначальника  не на?лось. Следствие так и не установило личности двух крепких дедков, которые вытолкнули градоначальника в окно с третьего этажа. Теперь он  в гипсе , хоро?о, что еще живой.  А вы про Чечню...

Это был единственный случай, когда не хотелось возвращаться домой. Что скажу своим?

В аэропорту встретил Валерия Митрофаненко и провел  в депутатский зал. Здесь не тесно, комфортно.  Корочка вице-губернатора обеспечивала доступ к восстановленной привилегии советских времен, которая была отменена  первым Съездом народных депутатов СССР по инициативе поэта Евгения Евту?енко.

-Не расстраивайся, сейчас по всей стране так.  У многих еще хуже.

Рейс задерживался. Никто не знал, почему.

-Если очень интересно, спросите у летчиков. Самолет недалеко. Вон, в окно видно. – кивнула дежурная.

Я и не знал, что В?П-пассажирам позволялись  дерзости вроде прогулок по взлетному  полю.

-А что, сходим? Делать  все равно нечего.

Летчики скучали за раскладным столиком под крылом лайнера. Экипаж кавминводский.  Командир, невысокий ?ирокоплечий человек лет сорока в голубой  руба?ке навыпуск с коротким рукавом с  улыбкой откликнулся  на знакомую фамилию.

-Не очень приятные новости, - испытующе посмотрел  на меня. ? не без колебаний,  уважая погоны визави, продолжил. – Про?ла секретная информация, что  чечены готовят теракт  против ставропольцев.  Эфэсбэ   уже три  часа потро?ит борт.  ?щут взрывчатку.

Веселенькое дельце!

Потолковали с полчаса и вернулись в зал ожидания.

-Как-то не манит   лететь этим рейсом, - признался  я.

-Я тоже об этом подумал. А что, если сдать билеты?  Завтра утренним вернемся домой, - поддержал Валерий.

Если бы не летчики, я без раздумий  остался бы. Но они меня видели. Естественно,   поинтересуются, в салоне ли я? Командир  все  поймет.  ?м тоже разные мысли в голову лезут. Как без этого? Все мы люди. Но они не могут не лететь. А я?

Когда ТУ-154  занял положенный ему  э?елон и стремительно несся на юг,  тревога подступила вновь.  Валера сразу заснул. Ему хоро?о. А  меня одолевали фантазии одна нелепее  другой. Чтобы отвлечься, начал считать. . . Один, два, три…сто пятьдесят пять…Сколько же это надо  считать до Ставрополя… Два часа лету. Сто двадцать минут. Умножим на ?естьдесят. Семь тысяч. Ну,  восемь…С ума сойти…

Стюардесса –  спокойное лицо, улыбка на губах, уверенные жесты  - предложила пепси. Я попросил провести  в рубку к экипажу. Она  доброжелательно  кивнула:

-Пойдемте…

 Командир обернулся и  приветливо кивнул.  Показал рукой на пустое кресло:

- Хотите присесть?

Пилоты  трудились. Вид занятых своим делом людей успокаивал. А им  некогда забивать голову предчувствиями,  Басаевым,  террористами, взрывчаткой.  Они тащили металлическую коробку на высоте десять тысяч метров и ничего другого для них не существовало. Я наблюдал за людьми,  которые хладнокровно переключали тумблеры, кратко   отвечали  на запросы диспетчера  и думал о том, что для профессионала  его работа и долг - это одно и то же.  Под нами проплывало смутное отражение Млечного пути. Перемигивались светлячки.  Фантастическая  картина  напоминала о бесконечности жизни.  Незадолго до того, как  лайнер заскользил по наклонной,  я опустился в свое  кресло. Все будет хоро?о…

-Ладно, не буду соль  на рану. - Протянул Ройтман.-  У меня к тебе  предложение. Я сейчас в бабуринском  блоке,  заместитель руководителя аппарата. В союзе патриотических сил возникла идея оставить тебя вице-губернатором в черногоровском правительстве. Как тебе идея?

-Бред какой-то. ? кто это придумал?

-Придумали умные люди. Ты согласен?

-?лья, ты представляе?ь, что говори?ь? Меня – в коммунистическое правительство? Ты же знае?ь, что я в Ставропольском крае антикоммунист номер один. Черногорова уду?ат, если он меня на порог своего кабинета  подпустит.

-Об этом не беспокойся. ? вообще, кто вну?ил тебе, что ты такой ужасный и великий? Будь скромнее.  Кстати, как у тебя с Черногоровым на человеческом уровне?

-Нормально. Мы  земляки, один институт в Краснодаре закончили.

-Вот види?ь! Сам Бог велел!

-?лья, это исключено.  Мне до сих пор простить не могут, что я с Кузнецовым согласился работать. А тут – к коммунистам.

-Плюнь на всех! У тебя своя жизнь. В общем, подумай.

-?лья, и думать не буду. Тем более, я   уверен, что мы выиграем.

-Держи карман ?ире! Ладно, жаль, что не согласен. Мы на тебя рассчитывали.

После разгромного второго тура десять дней тянулась «полоса отчуждения» - переходный период. «Быв?ие» уединялись в своих кельях  и оформляли политические  «завещания».

Во вторник  позвонил Ройтман:

- Ну что, победили?

-А ты, я вижу,  весели?ься?

-А чего унывать!  Чем занимае?ься?

-Чемодан  пакую.

-Хочу тебя обрадовать. На?е предложение остается в силе. Може?ь разгружать  чемодан!

-?лья, ты серьезно?

-Вполне.  Сейчас, надеюсь, тебя ничто не держит?

- Я был заместителем  начальника выборного ?таба Марченко.   Как я могу перейти  в команду Черногорова?   Кто поверит, что я не стучал?

-Да у вас пол?таба стучали.

-Ну, не я.

-А почему ты должен так переживать за Марченко? Что он для тебя  сделал?

-Слу?ай, чего вы ко мне прицепились? На черта я Черногорову?

-Не Черногорову, а краю. В Москве люди не о тебе заботятся, а о деле. В экономическом блоке правительства – либералы, гайдаровцы. Тебя они знают.  Черногоров с его боль?евистскими демагогами для них темен. Понятно? Так что, давай, согла?айся и буде?ь работать на благо своих любимых  ставропольцев.

-Это другой разговор. Это понятно и логично. Над этим даже можно поразмы?лять. Но, ?лю?а, спасибо за предложение. Я благодарен, что ты заботи?ься обо мне. ? все же, извини, я не могу принять этот подарок.