МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

Владимир БЕЛЕНКО. Кому на Руси жить хоро?о

← к списку статей

Однажды, будучи корреспондентом краевой газеты, в канун очередной «битвы за хлеб», я удостоился чести присутствовать на совещании в Ставропольском крайкоме КПСС, где аграрно-пром-идеологический лидер вещал нам о сценарии предстоящего сражения. Коллеги постар?е прилежно писали. Помлад?е – резались в «морской бой».

Во время перерыва в буфете я был поражен невиданным доселе ассортиментом, недоступным простым смертным – семги, балыков, карбоната, осетрины…

У этого царского прилавка мне при?ла на ум история. Мол, конфисковали у ?айки торговых ловкачей изрядное количество черной икры и передали сей скоропортящийся продукт «привилегированному классу» - детям в садик, приставив контролеров. ? что же? К конфузу последних, дети на?его «гуманного» общества во все глазенки смотрели на деликатесы как на диковинную, но несъедобную ?туковину.

Может быть, это выдумка, но ли?ь в той ее части, что ни в какой детский сад эта ?туковина не попадала, а дегустировали ее представители иных, хоро?о известных нам привилегированных классов.

Листаю изрядно потрепанную грязно-желтого цвета папку «Управление общественного питания. Дело № 11-04. Деликатесы. 1986 г. Хранить 3 лет (здесь и далее сохранено все изящество канцелярского стиля). Уже в первом документе весьма симптоматично называется адрес получателя.

29 января зам. начальника краевого управления общественного питания Э.Стембольский предписывает объединению «Ставропольрыба»: «Отпустите для обслуживания спецмероприятия столовой крайисполкома следующие товары: икры лососевой – 10 кг, икры осетровой – 10 кг, балык – 50 кг», и еще 13 пунктов дефицитней?ей рыбной продукции.

Смотрим даль?е. Через неделю, 5 февраля, согласно разнарядке Стембольского, столовой крайисполкома отгружается черной икры и красной икры по 15 кг каждой. Чтобы не переписывать в «Гражданин» страницы этого гроссбуха, назову сразу суммарные цифры – только целевым назначением в 1986 году (более новой документацией не располагаю) столовой крайкома КПСС и крайисполкома было отписано 245 кг икры обоих сортов.

Когда к начальнику краевого управления общественного питания Е. Шафорстову 3 ноября 1986 г. обратились директор и предпрофкома с просьбой выделить для столовой завода автоприцепов продукты (надо понимать, к празднику Октября), тот наложил резолюцию: «Терехову В.В. В пределах фондов». В этих пределах не на?лось для рабочих 6 кг икры, языка, грудинки, печени трески и многого другого, щедро раздаваемого другим, более нужным организациям.

Указанная папка пестрит выписками типа: «Отпустите для обслуживания зонального семинара крайкома КПСС: искры осетровой – 5 кг, икры лососевой – 5 кг, осетрины – 10 кг» и т.д.

Неисповедимы пути бога торговли меркурия. Приглянулось, к примеру, на?им кормильцам и поильцам из крайобщепита объединение «Ставропольводстрой». Предполагаю, что почувствовали они друг в друге родственные ду?и: одни пересаливают суп в столовой, другие – пахотные земли в крае. Словом, самые дефицитные деликатесы Е.Шафорстов со своим замом Э.Стембольским выделяли мелиораторам для «спецмероприятий», к Дню мелиоратора и даже «В связи с проведением Дня работника торговли». Правда, простые труженики об этих деликатесах и слыхом не слыхивали.

Как видим, рацион питания у «них» несколько отличается от на?его. Но, может быть, им платят гро?и, и благодаря подкармливанию во время спецмероприятий, кабинетные строители коммунизма набираются сил и сводят концы с концами?

Недавно относительно молодой и самоуверенный политический руководитель краевого полета на встрече с актерами крайдрамтеатра назвал сумму своего скромного жалованья – 480 рублей. Заметим попутно, что это почти полугодовая зарплата молодых актеров, и что это почти та сумма, которую, было, лимитировали жестким и нелепым налогом как максимальную для кооператоров, которые обеспечивают рынок продуктами и товарами, отнюдь не сидя в кабинетах.

Я всегда полагал, что считать чужие заработки – дело недостойное. Но здесь, дабы аргументировать свою позицию, без этого не обойтись. Вспомнив ленинскую мысль о том, что чиновник должен получать не боль?е среднего заработка квалифицированного рабочего, я полюбопытствовал у друзей, каковы средние доходы членов рабочего коллектива краевого центра: от 230 до 350 рублей. ?так, разница не в пользу пролетариев – асов своего дела – составляет размер зарплаты достаточно опытного инженера. Да и рубль рублю рознь. Это не новость в политэкономии «развитого социализма»: где реализуют свои кровные рабочий и где отоваривается на «свои» идеологический лидер? Буфет с его отнюдь не кооперативными ценами нам уже знаком. Улицы на?их гор-райцентров и крайцентра укра?ают многочисленные черные, белые, серые лимузины ГАЗ-24-10, ГАЗ-31-02. Это, конечно, не мерседесы и не роллс-ройсы, но нам всем приятно, что хоть одной категории (читай – касте) населения не отрывают пуговицы в автобусах и троллейбусах.

Возвращаясь к теме, отмечу, что содержание в персональном пользовании одной такой ма?ины обходится до 200 рублей, сюда же добавим и зарплату водителей. Все это, без боязни впасть в о?ибку, можно смело приплюсовать к «зарплате» советского вельможи

Как известно, не хлебом единым жив человек. Деликатесом № 1 в духовном меню нормального человека была и остается книга. Нет возражений? Тогда загляните в Ставропольский Дом книги, рассмотрите внимательнее полки. Купили что-нибудь? То-то… А я тем временем расспросил моего коллегу-журналиста, работающего в системе книжной торговли несколько лет. ? узнал, что поступающая чуть ли не еженедельно новая дефицитная литература (на черном рынке 2-х, 3-х рублевая книга продается за два, а то и три десятка рублей) под видом «выездной торговли» отправляется в «белый дом». ? так – повсюду. ? не только в «брежние» времена, но и сегодня. Недавно на первом заседании городского дискуссионного клуба городские бонзы явились под завистливые взгляды читающей публики, держа в руках «Московские новости». Мой товарищ, увидев в киоске крайкома КПСС свежие номера этой газеты, наивно протянул деньги. Киоскер?а спросила его фамилию и, сверив?ись со списком, ответила, что его там нет, а, следовательно, и газеты нет. Не положен ему оказался и журнал «Бурда», тоже поступающий в крайком, очевидно, для сгущения идеологической начинки его обитателей.

? хоть львиная доля из на?их родимых аппаратчиков живет неизмеримо хуже своих «коллег» в экономически развитых странах, это мало их смущает. Почему? Да потому, что на одной ?естой части су?и их уровень жизни неизмеримо вы?е среднего. Уравнять в доступе к благам рабочего и министра – об этом говорил в интервью прибалтийской газете Б.Н.Ельцин. ? сам отказался от талонов на продукты кремлевского магазина. Но на?и местные «слуги народа» служат на совесть (сами себе, конечно).

Такое спецпайковое выкармливание «идейных бойцов» произросло и налилось соками во времена, которые с фотографической точностью предсказал еще в 1921 году поэт М.Воло?ин: «Всем нам стоять на последней черте, всем нам валяться на в?ивой подстилке, всем быть распластанным с пулей в затылке и со ?тыком в животе».

Характеристик ко?марной эпохи геноцида предостаточно, но содержание этой цитаты простирается и в менее отдаленное от нас время. На рубеже 70-80-х годов экономический и политический организм СССР подо?ел воистину к последней черте. ?з всех признаков омертвления «тканей» мне представляется самым опасным – грабеж народа в сочетании с презрением к этому народу. В чиновниках это неистребимо, ибо добровольно со своими привилегиями они не расстанутся. Обращали внимание, как превращают вестибюли учреждений в подобие ротных канцелярий отставники-вахтеры, попав?ие хоть и привратником, но во «Храм? Как вытягиваются во фрунт доблестные гвардейцы партхозактива от карканья в начальственном селекторе? Как выдается за луч?ие деловые и человеческие качества «опыт работы в аппарате?

Что это – власть, как самодовлеющий стереотип поведения и стиль жизни? Нет. В глубиной своей первооснове – это борьба за место у корму?ки. (В Ставрополе это магазин № 10 «Пазарджик» до ремонта, сейчас – Универсам № 5). Хотя понятие «корму?ка» - это не только буфеты, «персоналки», спецмагазины, обладающие сверхвысокой покупательной способностью рубли чиновничьего жалованья, а и путевки в санатории, дома отдыха, какие и не снились простому смертному в на?ем народном государстве, и бесплатные вояжи за пределы «горячо любимого» отечества под видом руководителей групп и делегаций, и разнузданные загулы в загородных резиденциях вроде той, что расположилась на заповедной горе Стрижамент (работники близлежащего хозяйства до сих пор с отвращением и дрожью вспоминают батыевские набеги за бараниной и птицей одного особенно наглого сановного «деятеля», который ныне – ирония судьбы! – радеет на ниве милосердия.

Объяснения скудости прилавков на?их магазинов ссылками на «имеющиеся трудности», «высокие планы поставок в союзный фонд» лично меня убеждают в том, что в семьях секретарей и председателей трудности с жильем, например, отсутствуют, планы потребления продовольственных и промы?ленных товаров перевыполняются.

Сегодня?няя гласность, особенно на краевом уровне, мне напоминает плохо одетого и голодного путника, страдающего дальнозоркостью. Про?у прощения за витиеватость сравнения, но посудите сами. Этот путник сумел в своем про?лом разглядеть истинное лицо «отца народов», по достоинству оценил пляску святого Витта вокруг выдающегося марксиста-ленинца и многое другое. ? тот же самый путник не замечает множество вещей вокруг себя, в воздухе, которым ды?ит.

Например, того, что на?ими погонялами, надсмотрщиками, «вертухаями» всех мастей движут чисто ?курнические интересы. В этих головах нет ни грана той идеи, которой они размахивают, как хоругвью. «Луч?ий друг советских детей» хоть стремился выглядеть аскетом, а один зде?ний лидер об?ивает свое чадо, которое изволит учиться в Москве, в луч?ем ателье краевого центра. Я не стал называть фамилии многих «героев», но они себя узнают (и заскрежещут зубами, и заплюют словами «клеветник», «очернитель» - знакомая тактика), да и мы все их знаем, этих «отчимов народа». Читателей же про?у присылать новые подтверждения – с фамилиями «героев» - а они спло?ь и рядом – тех, кому живется весело, вольготно на Руси.