МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

ПО СЛЕДАМ НЕУТРАЧЕННЫХ ?ЛЛЮЗ?Й.

← к списку статей

Как это было: Народному Фронту Ставрополья – 10 лет

?ллюзиями страна на?а всегда была богата. ? главней?ая из них связана со словом Народ. ?менно так, с боль?ой буквы, произносили его либеральные писатели и радикальные политики. Народ представлялся неким существом, добрым, трудолюбивым, умным. Его постоянно хотелось освобождать то от царя, то от боль?евиков. За его свободу огромное число прекрасных мужественных людей ?ли в тюрьмы и даже на смерть.

Вот почему не случайно первые оппозиционные коммунистическому режиму организации стали называться «Народными». А уж слово «фронты» само на язык просилось. У нас же всю жизнь «битвы» да «фронты» были: «битва за урожай», «фронт борьбы за качество продукции»...

Я не принадлежал к числу орга¬низаторов НФС, тех, кто собирался полулегально на квартирах, организовывал митинги, выступал на них. Просто по характеру мне чужда подобная деятельность. Хотя на митинги я ходил, разного рода воззвания подписывал, так как разделял идеи НФС.

? важней?им событием, организованным участниками Народного фронта Ставрополья, считаю митинг протеста против путча ГКЧП вечером 19 августа 1991 года. Я отчетливо помню тягостное настроение того дня с момента, когда жена разбудила меня со словами: «Вставай. Военный переворот». ? музыка из «Лебединого озера» по телевизору, и стра?ные тексты сочиненных гэкачепистами декретов. Было очевидно, что страна готова рухнуть в черное ущелье террора.

Я вы?ел на улицу, и тяжесть на ду?е стала совсем нестерпимой: будто ничего не произо?ло. Хоро?ая погода, люди в очереди за арбузами стоят, гуляют... Легким проблеском надежды прозвучало сообщение друга, что на площади 200-летия Ставрополя назначен митинг протеста. Мы ?ли туда, верили и не верили: неужто соберутся люди? Площадь оказалась практически заполненной. Всех ораторов не помню. Но выступали Василий Красуля, Сергей Попов, покойные, к сожалению, теперь Коля Баладжанц и Анатолий Ельников... ? с каждым выступлением росла уверенность: если в на?ем тихом Ставрополе народ проснулся, то что же делается в Москве, Питере, по всей стране!

Пал ГКЧП, отзвенели победные восторги. ? вскорости выяснилось, что народ все-таки очень разный, что состоит он не только из Андреев Сахаровых, не только из сотен героев, готовых с голыми руками идти против танков во имя свободы.

Огромное количество людей при¬выкло к «выводиловке», когда платили за невыполненную работу не только жалованье, но и премии (нельзя обижать рабочий класс), когда научные дамы и кавалеры попивали кофеек и покуривали в неисчисли¬мых научно-исследовательских институтах, ничего не изучая и не исследуя, а царапая некие отчеты, которые никто не читал. А что уж говорить о чиновном люде, набитом, как в ульи, в бездну партийных, советских, профсоюзных, комсомольских и прочих, прочих, прочих многоэтажек!

Как только выяснилось, что демократия не предполагает включение мощного рублепровода, из которого прольется живительный поток радужных бумажек, вся эта гигантская армия забилась в истерике, заголосила; «Обманули! Ограбили!». Они ведь думали, что будут бездельничать, как при социализме, а денежки огребать в капиталистических количествах. А ежели нет, то и свобода ва?а на фиг нужна!

Ожидали чего-то подобного созда¬тели НФС? Могу предположить, что нет, что они, как и я, как многие другие, предполагали: достаточно сказать народу правду, достаточно освободить его от коммунистического ярма - и все пойдет само собой, все станут честно и много работать и расцветет Россия почище разных Америк.

Я вспоминаю: с чего началось в моих глазах то, что позднее получило название Народный фронт Ставрополья? Пожалуй, со статьи Василия Красули «Мы родились, чтобы быть свободными». За про?ед?ие 10 лет я сам написал и напечатал много гораздо более острых и резких статей. Но сейчас это просто работа, а в то время это был поступок. Сме?но сейчас вспоминать, но тогда я первый раз хоро?о подумал о крайкоме КПСС. По въев?ейся за годы журналистской работы в СССР привычке я просто не способен был представить, что подобная статья может быть опубликована без благословения крайкома. ? подумалось: «Надо же! Как поумнели там люди, разре?или такую статью, поняли, что запретами ничего нельзя добиться». Значит, возможны перемены в компартии, значит, может она приобрести человеческое лицо

Еще были памятны попытки Александра Дубчека и его товарищей придать чехословацкой компартии человеческое лицо. По этому лицу тогда, в 1968-м, проползли гусеницы советских танков. Но это же при Брежневе. А сейчас у нас Горбачев, и возможно... Была такая надежда, увы, не оправдав?аяся. Очень скоро выяснилось, что крайком не только не благословлял статьи В. Красули, но относится к ней крайне враждебно. Был открыт «антикрасулинский фронт» с участием идеологического оружия разного калибра. Что и привело к изгнанию автора статьи из редакции «Ставропольской правды» и в недалеком будущем - к созданию НФС.

Надо отдать должное компартии: своей лютой нетерпимостью к малей?ему инакомыслию, своим последовательным стремлением заткнуть рот всем, кто говорит нечто не предусмотрен¬ное инструкциями, она формировала, и очень умело, из критиков оппозиционеров. ? В. Красуля в миниатюре повторил путь Б. Ельцина, которого тоже пинали ногами за несколько слов критики по поводу очередного доклада к очередному юбилею переворота 1917 года. Потом изгнали с работы и превратили в лидера оппозиции.

Мы как-то встретились с Василием Красулей на улице и заговорили о том, о чем говорили тогда почти все: о репортаже в «Огоньке», где рассказывалось о поразительных делах Ярославского Народного фронта, которому удалось согнать с должности зловещего и всемогущего секретаря обкома КПСС. Я тогда сказал, что это стало возможно при наличии в Ярославле личностей, способных все организовать. А Василий Александрович ответил, что, возможно, и у нас личности найдутся. С тем мы и разо?лись.

Личности объявились скоро. 16 октября 1988 года в зале краевой организации Союза писателей собралось, по подсчетам организаторов, около 140 представителей общественности на?его города, которые и приняли ре?ение организовать Народный фронт Ставрополья.

Председатель писательской организации Г. Шумаров, который предоставил помещение, поимел неприятности от крайкома КПСС. А организация продолжала жить, хотя учас¬тники ее изгонялись с работы, ?трафовались и даже на короткое время оказывались за ре?еткой.

Недавно они собрались, чтобы отметить десятилетний юбилей НФС. Это не было помпезное мероприятие с песнями, танцами и халявной выпивкой, какое за несколько дней до того закатили в честь старенького комсомола по всей стране. Было деловое, даже в чем-то скучноватое заседание. Вспоминали успехи НФС. Как возникали группы поддержки в Буденновске, Ессентуках, селе Донском Труновского района, Невинномысске, Солнечнодольске, Андроповском районе... Как стали депутатами краевого Совета Е. Бородин, Г. Дубовик, А. Ельников, В. Красуля, С. Попов, К. Чесноков.

Сегодня все это в про?лом, и авторитет демократических политиков невысок. Причин тому, вероятно, много: и то, что экономические реформы боль?е были предметом разговоров, чем действий, и то, что коммунистическая номенклатура в Госдуме всячески им препятствовала, способствуя развитию кризиса, и непоследовательность Президента. Кстати, не последнюю роль, как мне кажется, играет и то, что на месте одного НФС появилось несколько партий, каждая из которых убеждена, что владеет истиной в последней инстанции. Ну и, конечно, как давно замечено: «Ради красного словца не пожалеет и отца». Не случайно даже на таком собрании некоторые ораторы сочли нужным дать еще один пинок Гайдару и призвать к пересмотру результатов приватизации. Поддержки это не встретило, но явление характерное. Трудно представить себе на собрании коммунистов речь с похвалами Гайдару и приватизации. ? то, что «яблочница» Мизулина, как пчелка, трудится в комиссии по свержению Президента, помогая думским боль?евикам реализовать их заветную мечту, говорит о многом.

Опасность разброда среди участников демократического движения ощущают и организато¬ры встречи. В проекте обращения присутствует такой абзац: «Обращаемся к представителям демократических партий и организаций, к ставропольчанам, не входящим в политические организации, но разделяющим демократические ценности, с призывом отбросить тактические политические разногласия, объединить усилия для того, чтобы не допустить возврата назад, не дать победить в России националистической или иной диктатуре».

Хоро?о бы, хоро?о, думаю я. Но не очередная ли это, не утраченная пока, иллюзия - возможность объединения? Уж сколько раз подобные призывы звучали накануне выборов, а потом многие выбегали вперед и, отпихивая локтем демократа-единоверца, возгла?али в ритме известной песни: «Выбери меня, выбери меня, а не эту бяку, бяку-закаляку». В итоге приходила красная лягу?ка - прожорливое брю?ко и съедала обоих.

Впрочем, нельзя считать иллюзиями то, что делал Народный фронт Ставрополья вместе с демократическими организациями всей России. Сейчас государственный сапог растоптал многие достижения, наступил на горло предприимчивым людям. Но эти-то люди, рожденные и воспитанные последним десятилетием, никуда не делись. Они-то не захотят надеть на себя коммунистическое ярмо. Они другие, как и их дети.

В том убеждают многие речи на собрании НФС. Но особое впечатление произвел на меня представитель Невинномысска Левченко, который был координатором НФС в своем городе, а теперь занимается строительством земства. О земстве судить не берусь, но мысли господин Левченко высказал здравые. Он сказал, что государство аморально по самой своей природе и ждать от него каких-то благ нельзя в принципе. А надежна только связь близких людей. У него в городе и округе 56 родственников, и они доби¬ваются участка земли на всех, чтобы можно было развернуться. Да и защищать свои интересы, ибо сейчас любое дело опасно. Легче разбогатеть, чем уцелеть.

Я полагаю, что появление подобных людей - вполне реальный, а не иллюзорный результат деятельности НФС. А значит, есть у людей, некогда его создав?их, право строить планы на новое десятилетие.

Вадим Белоусов, Член Союза российских писателей.

«Ставропольские губернские ведомости», 4 ноября 1998 г.