МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

Плюс вдохновенье

← к списку статей

Чуть боль?е сотни лет назад в России для производства тонны зерна требовалось затратить 117 человеко-дней.

Сейчас на это уходит в среднем один человеко-день.

Прогресс облегчил долю землепа?ца. ? если следовать его логике, выходит, что с каждым годом в буханке хлеба оставалось мень?е и мень?е пота, бессонницы, напряжения хлеборобского. ?, видимо, это вытеснялось запахом масла, скрежетом напряженного металла, логикой конструкторской мысли — всем тем, что должно составлять сокровенную суть ма?ины.

В колхозе «Путь к коммунизму» на одного трудоспособного приходится 18,9 л. с. энергетических мощностей.

Цифра эта примечательна вот чем. В про?лом веке Глеб Успенский писал в очерке «Один с четвертью»: «Да, я теперь знаю, что такое четверть ло?ади (средняя цифра обеспеченности крестьянина тягловой силой — В. K.), знаю, что эта четверть не пустяк, что эта дробь имеет весьма серьезное значение... У бедных людей была только четвертая часть ло?ади, и поэтому недостающие части ло?адиной силы они должны были взять на себя».

Сегодня?няя дробь, если позволить себе перефразировать, явно в пользу механизатора. Уже не он от себя добавляет, а ма?ина «докладывает» свои силы.

Так оно и есть, и это вполне сходится с тезисом, что в буханке хлеба умень?ается «человеческая» доля.

Но один прозаичней?ий факт: в каком бы хозяйстве вы ни взглянули на экран соревнования комбайнеров, везде обнаружите группу лидеров 5—6 человек, которые в полтора-два раза боль?е набивали зерна, чем «средний» механизатор. Отбросив в сторону редко попадающих на жатву разгильдяев, совсем неопытных «первогодков», несчастливчиков, которых фатально подводит техника, вы найдете, что боль?ая половина «средних» хлеборобов—народ знающий, умелый, отнюдь не ленивый. ? каждый из них, безусловно, мечтает о победе в соревновании. Что у тех, то и у других на вооружении «средние» 18,9 л. с. ? в том, и в другом случае в хлеб закладывается поровну ма?инного духа. Естественно ожидать равновеликих результатов.

А они как раз и не равновелики. ? тем самым начисто отвергают логику «обезличивания» хлеба.

В про?лом году в колхозе «Путь к коммунизму» Кореновского района организовали экспериментальное «скоростное» звено: Владимир Шар?ак, Анатолий Шапо?ник, Николай ?ванько, ?ван Тимо?енко. Луч?ие комбайнеры колхоза, собранные в механизированный кулак, были бро?ены на прорыв «хлебного фронта». Результаты по тем условиям были изумительны: 45 тысяч центнеров.

А в этом году звено расформировали. «Сли?ком неинтересно было остальным, потому что успех соревнования предре?ался еще до начала работ. Кто мог противостоять этому звену?»

Таково мнение парторга В. ?. Панченко.

Логической целесообразности стягивания в одно место техники была противопоставлена чисто человеческая потребность верить, надеяться на успех. Над суммой ло?адиных сил было поставлено нечто духовное, настолько неуловимое, что его невозможно обвести циркулем количественного учета.

Количество же не замедлило проявиться. Во-первых, сами члены расформированного звена в этом году значительно превзо?ли свои результаты. Шар?ак — 16500 центнеров против 12400, ?ванько 11200 — против 9125 и так далее. Во-вторых, заметно возрос намо7¬лот «среднего» комбайнера.

Вот, например Константин Дысь. На жатве самостоятельно работает второй сезон. В про?лом году его результат составил 4500 центнеров, а в этом — вдвое боль?е.

Никто не собирается приписывать все эти достижения эффекту от расформирования «великолепной четверки». Однако все механизаторы подтверждают, что соревнование стало острее. Стало быть, действеннее. Константин Дысь вырвал победу.

Уязвимое место многих комбайнеров не в том, что они не умеют отлично работать, а в том, что не могут на отличном уровне продержаться столько сколько надо. Получается, что эти самые 18,9 л. с. вовсе не раз и навсегда данное. Они могут и «сжиматься» и «рас?и¬яться». ? это не всегда можно объяснить теоретическими познаниями механизатора, умением, взятым самим по себе.

Ваня Русанов технику знает. В про?лом году работал помощником опытного комбайнера Александра Моисеенко.

Тогда сказывалась твердая рука Моисеенко. Уверенный в своих силах, в победе, он смог вну?ить, а может быть, даже заставил ?вана тоже поверить в победу.

Жидкость не имеет собственной формы. В какой сосуд нальют, те черты она и примет. Так получилось и с характером Русанова. Заметим, что «формы» эти исключительно человеческие. Смог Моисеенко мобилизовать способности и энергию парня — был из того толк.

В этом году ?ван сам остался один с собственной «Нивой». ? что же?

Бригадир Григорий Григорь¬евич досадливо поморщился: «Можно сказать, «Нива» простояла». Небрежность, халатность, пассивность. Даже тогда, когда азарт и самолюбие брали на миг верх, мало чего хоро?его получалось. «Я ж ему говорю, у тебя люк сорвало, привари. Ведь радиатор половой забивается, греется. Сгуби?ь мотор. Он: «Ладно». Через два дня, гляжу, гоняет, как прежде». Опять сетует бригадир. Лихие кавалерийские наскоки Русанова в попытке как-то сократить разрыв в соревновании, напряженные усилия, похвальные при других условиях, приносили один вред.

Не стоит абсолютизировать слова «Жатва воспитывает». Если видеть в жатве только комбайн, который ползет по валку, и фигуру человека на комбайне, мы не найдем ни грамма воспитания. В столкновении характеров, в их совместимости или же несовместимости будут проявляться достоинства и недостатки личности. В сладковатом привкусе свежего хлеба, выпеченного из зерна с полей колхоза «Путь к коммунизму», нет-нет, да и попадутся горькие крупицы. В хлебе они вместо тех зерны?ек, которые недодал ?ван Русанов. Как частички не состояв?ейся личности хлебороба...

А ведь если следовать статистике, можно сделать вывод, что скоро передовикам не останется работы.

Факты и только факты. В 1965 году «средний» комбайн края убирал в день 7,1 гектара. В про?лом году этот же показатель составил 6,9 гектара. ?дем даль?е, и пусть обилие цифр нас не испугает. За эти чуть боль?е десяти лет парк комбайнов возрос в два раза. Теперь прикинем. Если ма?ин стало вдвое боль?е, стало быть, комбайнерам стало вдвое теснее. Крути - не крути, а гектары, с которых они вчера набивали бункере для рекорда, сегодня достались вновь объявив?имся коллегам. Ведь никто же не объявлял монополии передовика на «энную» площадь земель. А раз так, то, «по логике», он должен собирать мень?е. Однако он ухитряется, несмотря на «стеснение», намолачивать год от года боль?е и боль?е. Я полистал старые под?ивки газет. Вот «Комсомольская доска почета» за 3 августа 1971 года. Николай Корниенко из колхоза «Родина» Ленинградско¬го района намолотил 7616 цент¬неров. Николай Уваров из колхоза «Заветы Ленина» Кавказского района — 9546 центнеров. Цифры великолепные и для настоящего дня. Но маленькая поправочка: этой высоты тогда?ние передовики добивались к концу третьей недели. Мы же, уже привык?ие в этой жатве к цифрам десять тысяч, двенадцать, пятнадцать, знаем, что к этим вер?инам победители добрались за 7—9 дней.

Разница.

Получается, существует группа людей, которые воспринимают «в ?тыки» любое техническое достижение. Вот беспокойный народ: им облегчили, дали возможность сегодня делать то же, что и вчера, с мень?ими затратами нервов, физической силы, а они в ответ на это еще крепче закручивают спираль соревнования, превосходят новую норму, и опять впереди, и опять в день молотят 15—20 гектаров вместо среднестатистических семи. Они не позволяют своей неуемной личности раствориться в «усредненном» механизаторе.

Сельскохозяйственная ма?ина, эти условные 18,9 л. с., выходит на поля, имея уже рассчитанную экономистами среднюю возможность применения. Механизатор ломает все эти «прикидки» и наполняет ма?ину новыми возможностями, соответствующими огню собственной личности.

? прежде всего — личности.

В. КРАСУЛЯ, «Комсомолец Кубани».

1978 г.