МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

Василий Красуля. Когда же придет настоящий хозяин?

← к списку статей

Недавно я полистал под?ивки “Ставропольской правды" за несколько лет. Самая популярная тема — воспитание чувства хозяина, обсуждение проблем, показ опыта хозрасчета.

Два года назад в марте 1986 года, например, на?а газета привлекла внимание читателей к любопытному нов?еству. В кочубеевском колхозе «Полярная звезда» ввели... самодельные деньги. Теперь ?оферы и механизаторы за горюче-смазочные материалы, запчасти расплачивались «купюрами». Сэкономленные против установленных хозрасчетным заданием лимитов «деньги» предполагалось обменивать в кассе на реальные дензнаки. Наглядно, удобно, у работников прямой интерес к экономии. С этим нововведением связывались боль?ие надежды.

Недавно я снова побывал в этом колхозе. Как насчет чувства хозяина?

Новый главный экономист В. Головков раздраженно махнул рукой, «Какая там эффективность! Себестоимость молока была двадцать три рубля, теперь — тридцать, по-прежнему допускаются перерасход горючего, приписки».

“Суждены нам благие порывы...”. Ряд примеров таких вот не оправдав?их надежды экспериментов можно продолжить. Чтобы понять, почему же это происходит, надо, повидимому, согласиться, что дело не в недостатке энтузиазма, желания или компетентности тех или иных личностей. Проявляются, видимо, более глубокие причины.

Арендный подряд, который в последнее время все боль?е начинает привлекать на?е внимание, — это не новый виток во все том же процессе «охвата подрядом». В двери стучатся принципиально новые отно?ения между тружеником и государством, колхозом. Аренда предполагает передачу земли, основных средств производства на определенных условиях в руки частного лица, артели, семьи, кооператива. Арендаторы выплачивают арендную плату, обязуются бережно управляться с предметами и орудиями труда, располагают хозяйственной и финансовой самостоятельностью, пределы которой обусловлены договором, несут полную ответственность за результаты своей деятельности.

В Апанасенковском районе внедряют арендный подряд. На районном совещании провели учебу со специалистами и руководителями. В РАПО, плановых отделах колхозов и совхозов разрабатываются необходимые нормативные документы, обосновываются внутрихозяйственные цены, по которым арендаторы будут покупать горючее, семена, удобрения, услуги других подразделений, корма и, соответственно, продавать производимую продукцию.

Все понимают необходимость коренных перемен. Первый секретарь райкома партии ?ван Петрович Ко?ель рассказал, как в колхозе «Правда» к нему обратился занятый на откорме бычков В. Деде?ко и предложил сдать ему в аренду землю, а заодно и трактор.

Вполне понятно, что при общей ре?имости начать работать по-новому вопросов возникает много. За что брать аренду? Как? Какие права у арендатора? На чем основывать расчетные цены? Какова ответственность за несоблюдение договора? А если неурожай?

Работы у экономистов хватает. Без тщательной экономической проработки эксперимент может провалиться. ? все же, на мой, может быть, дилетантский взгляд, самим расчетам уделяется внимания боль?е, чем политическому аспекту дела. А именно — вопросу о пределах прав на собственность будущих арендаторов.

- Вы предлагаете отдавать землю в аренду на десять - пятнадцать лет? - спра?ивал я.

Мне отвечали:

- Нет.

- Будет ли арендатор распоряжаться по своему усмотрению продукцией, произведенной сверх заказа?

- Нет, эту продукцию мы считаем совхозной.

- Планируете ли вы передачу прав пользования на арендуемые тракторы, а то и их продажу с тем, чтобы уже никто без согласия арендатора не мог вме?иваться в распоряжение техникой?

- Нет. Мы будем закреплять орудия труда за бригадами, коллективами, а на случай экстренной необходимости администрация хозяйства оставляет за собой право маневрировать техникой.

Такая вот самостоятельность.

В колхозе “Путь к коммунизму” мне рассказали о том, как несколько лет назад здесь создали подрядное звено на выращивании зерновых, которое возглавлял ?. Мащенко. Технику из звена постоянно забирали, людей перебрасывали с одного участка на другой. В конце концов, звено развалилось. Сегодня ?ван Григорьевич недоверчиво слу?ает речи об арендном подряде и не торопится подавать заявление.

Как и прежде, полной самостоятельности в распоряжении техникой, произведенным сверх заказа продуктом будущему арендатору и не обещают. Как мне показалось, экономисты ре?ают довольно-таки хитрую задачку: как бы, с одной стороны, подвигнуть работников на поиск, рачительность, риск и, с другой стороны, педантично предписать каждый ?аг арендатора, предвосхитить, где он может сли?ком много отхватить и блокировать саму эту возможность.

Один из собеседников удивил меня такими рассуждениями: в погоне за экономией тракторист теперь может вместо четырех запланированных произвести три культивации.

- Какая же ему в этом корысть? - не понял я.

- Очень простая. В технологической карте запланировано четыре культивации, следовательно, и в фонд оплаты заложено четыре. Придется контролировать.

Спра?ивается: за что же боролись? Что же это за хозяин на земле, пусть он называется и арендатором, если по-прежнему о качестве полевых работ голова будет боль?е болеть у секретаря райкома, председателя колхоза, агронома, и в последнюю очередь — у механизатора?

- А почему бы вам не продать чабану ?вану Николаевичу Серикову в кредит, разумеется, отару овец, оговорив, например, что через десять лет он обязуется вернуть такую же отару и каждый год будет продавать вам определенное количество ?ерсти и баранины, а что сверх - то его? - спросил я у главного экономиста совхоза “Айгурский” Н. Стра?енца.

Ни Николай Александрович, ни предполагаемый арендатор к этому вопросу оказались не готовы.

Настало, пожалуй, время поделиться и сомнениями, которые накопились у меня во время знакомства с если еще и не готовым опытом, то с подходом к нему. Выскажу предположение, что в Апанасенковском районе к внедрению арендного подряда подо?ли преимущественно с административно - организационной стороны, а не с политэкономической. В результате осуществления задуманного, которое, конечно же, даст на первых порах определенный результат, принципиально нового типа труженика, новых производственных отно?ений в селе не появится. Можно ли без этого рассчитывать на существенное ускорение?

Многие считают — можно. Например, в колхозе “Путь к коммунизму” всерьез полагают, что у них и без всякой там аренды дела - дай бог каждому. ? то: на счетах в банке два миллиона, среднемесячная заработная плата в хозяйстве триста рублей, иные механизаторы зарабатывают и по пятьсот. Нет проблем с жильем. Николай ?льич Попов, главный экономист колхоза, говоря все это, словно вытягивал из меня подтверждение: и в самом деле, зачем нам все эти фокусы-покусы? Пусть другие затылки че?ут.

А что такое, если вдуматься, два миллиона? Мень?е тысячи в переводе на работающего колхозника и членов семей. Вот если бы сто миллионов, или четыреста, как в че?ском кооперативе “Слу?овице”. Да если бы здесь наладили свой колбасный цех, начали дубленки ?ить из ?кур, которым числа нет, если бы научились узлы к компьютерам собирать в порядке промысла, если бы построили ветряную электростанцию, а даровой энергией обогревали оранжерею, в которой бы лимоны и апельсины росли, тогда еще, пожалуй, и можно было бы поверить, что живут здесь люди моторные, предприимчивые. Так нет же ничего этого. Разве что веники пробуют вязать. Откуда это самое сонное благоду?ие? Кто разбудит деревню от летаргического сна, успокоенности, философии “ти?е еде?ь — даль?е буде?ь?

По-моему, кроме как К?Там - коллективам интенсивного труда -, арендаторам, сельским кооперативам, конкурирующим друг с другом, с колхозами и государственными предприятиями, сделать это просто некому.

В каком же отно?ении к формированию такого сверхинициативного работника находится внедряемый в районе арендный подряд? Сделан ?аг, но всего ли?ь один, к тому же и нере?ительный. Дело начато, но тут же спеленато многочисленными оговорками. Процитирую, например, что сказано об аренде в положении, которым руководствуются апанасенковцы.

“Расчетная цена 1 ц продукции или единицы услуг равняется плановой себестоимости их в базовом году за минусом размера арендной платы. Плата за арендуемые средства производства определяется размером возможного снижения плановой себестоимости при наилуч?ем их использовании в условиях хозяйства за минусом положенной максимальной суммы премии работникам, добив?имся этой экономии. Премия за снижение плановой себестоимости берется согласно существующему положению об оплате труда в размере 70 процентов от суммы экономии”.

Простим создателям документа канцелярский слог. Меня в этом ?едевре боль?е всего настораживает закладываемый в программу диктат экономиста, контролера над производителем. Вместо ясного и четкого: половина - твоя, половина - на?а, опять затеняющие суть дела косвенные показатели. На будущее экономисту гарантирован фронт работы, создается убеждение, что он - главная фигура в хозрасчете. Разве сможет механизатор самостоятельно разобраться во всех тонкостях расчетов, без которых он не узнает, что же ему причитается?

На ко?аре в совхозе “Айгурский” мы разговаривали с уже упоминав?имся чабаном ?ваном Николаевичем Сериковым. Он спросил у главного экономиста Н.Стра?енца: “Почему так много удержали в декабре?” Николай Александрович словно готовился к ответу. Он прямо-таки обру?ил на собеседника ?квал цифр, цитировал наизусть выдержки из инструкции. Чабан напряженно вслу?ивался, лицо его хмурилось и, наконец, он разочарованно махнул рукой: “Да что там говорить, вам, плановикам, виднее”.

А, между прочим, его рекомендовали, как одного из самых “считающих”, самого готового для арендного подряда чабана.

Сколько сил мы потратили на то, чтобы научить всех считать. В районе убеждены, что на сей раз задача будет ре?ена. В ?колах экономического образования труженики подтянутся, экономист всегда рядом, подскажет. Но в том ли дело, чтобы выучить формулу?

Научить надо, спору нет. Но главное, видимо, в том, чтобы поставить работника в такие условия, когда считать будет его прямой выгодой, когда он станет хозяином на своей, пусть и арендованной земле.

Видный американский экономист, лауреат Нобелевской премии В.Леонтьев, характеризуя иные на?и предприятия в журнале “Коммунист”, сравнил их с парусником, команда которого умело маневрирует парусами и рулем, но судно не движется, потому что нет ветра - материальной заинтересованности.

Вопрос ставится так: кем будет арендатор - все тем же наемным работником, доходы которого более или менее тесно увязаны с конечным результатом, или же это будет равноправный совладелец средств производства, юридический и хозяйственный партнер хозяйства - донора?

Выскажу предположение, что организаторы арендного подряда должны начинать с ответа на этот вопрос. По-моему, в Апанасенковском районе его с такой принципиальной откровенностью и не ставили.

Разумеется, критиковать, ничего не предлагая, проще всего. Как насчет позитивных идей у автора? Если осмыслить опыт некоторых социалистических стран, прежде всего Китая и Венгрии, суммировать предложения известных советских ученых - аграрников, можно, нисколько не претендуя на истину в конечной инстанции, предложить ?трихи к одной из возможных моделей того, что нам представляется арендным подрядом.

По на?ему разумению, в основе всего должен лежать кооперативный принцип. Арендатор производит то, что выгодно ему, преследуя свою цель - дороже продать, участвуя при этом в установлении цен.

Кто-то не согласится: мало ли чего он захочет! Этак он тюльпанами засеет все земли и вместо куриц начнет песцов разводить. Так же рассуждали все противники сколько-нибудь заметной самостоятельности колхозов ли, кооперативов ли, теперь вот арендаторов. Взглянем же на дело вот так: да, арендатор производит все, что хочет. В том смысле, что он выбирает из того, что ему предлагает совхоз, колхоз. Не нравится - не бери в аренду. Вот и все. А коли заключил договор - соблюдай его. Принцип полной добровольности.

Между прочим, сегодня в Апанасенковском районе ведут речь о том, что на арендный подряд должны переходить все подразделения, все труженики - и чабаны, и доярки, и трактористы, и ремонтники, и сторожа. Меня убеждали, что только стопроцентный, “комплексный”, охват обеспечит полную действенность новому методу. Ох, сомневаюсь, и боюсь, что повальная арендизация обернется очередной кампанией. Прецедентов предостаточно.

?так, в воображаемом арендном коллективе 10-15 человек. Они арендуют на 10-15 лет 800-1000 гектаров земли. На земле выращивают либо зерно, либо корма, либо откармливают крупный рогатый скот, или выпасают овец. Кооперативы имеют стабильный заказ на продажу зерна, овощей, кормов, мяса, молока, продукцию продают хозяйству - донору по договорной цене. Произведенное сверх заказа реализуется по усмотрению членов кооператива то ли “своему” хозяйству, то ли на рынке.

Гарантированной зарплаты у арендаторов, конечно же, не будет: личный доход каждого зависит от прибыли. Чтобы иметь наличные деньги в течение года, они берут заем в банке. Они сами покупают семена, запчасти, корма, медикаменты, горюче-смазочные материалы, электроэнергию, со временем будут приобретать через оптовую торговлю тракторы, сеялки и прочее. За гонорар будут привлекать на консультации “своих” специалистов или ученых хозрасчетных групп.

Предвижу упрек: автор тянет нас назад к карликовым фермам, в то время как магистральный путь — концентрация, специализа¬ция, крупномас?табное производство. Мол, да¬же в Соединенных Штатах, цитадели фермерст¬ва, и там происходит укрупнение.

Да, дальняя перспектива — автоматизированное сельскохозяйственное производство. Но если уж мы упомянули США, надо иметь в виду и превосходящую на порядок оснащенность американского фермера в сравнении с на?им тружеником. Помнить, что не механическое объединение хозяйств вызывает приток на поля и фермы роботов, автоматов, компьютеров, а на¬оборот, появив?иеся и сулящие хоро?ие прибыли автоматы, роботы, компьютеры создают объективную потребность рас?ирять мас?табы производства.

Далее. В аграрном секторе, имеющем дело с живыми организмами растений и животных, где погодные колебания, очень много зависит от человека, его заинтересованности. ? поскольку это так, надо с максимальной возможностью использовать то, что уже при ныне?ней технической вооруженности может дать само положение независимого хозяина на земле.

Автор не предлагает ликвидацию колхозов и совхозов. Аренда мыслится сугубо на доброволь¬ных началах. Сильные колхозы и совхозы выживут, окрепнут, слабые, видимо, трансформируются в более эффективные образования. Появятся образцовые государственные предприятия, фабрики молока, зерна, мяса, которые покажут пример высокоиндустриализированных технологий. В свободном соревновании, конкурируя на социалистическом рынке, будут доказывать свое право на жизнь самые неожиданные формы организации труда и хозяйствования. Кроме того, мыслится, что все эти арендные «отпочкования» будут существовать не сами по себе, а под сенью тех же колхозов и совхозов, на партнерских основаниях. Хозяйства - доноры сосредоточатся на вопросах сбыта продукции, поставки техники, текущего консультирования, капитального строительства, внедрении передовых технологий.

Чего мы этим самым добьемся? Во-первых, в самое ближай?ее время изменится ситуация на продовольственном рынке. Во-вторых, в течение известного, растянутого на одно-два десятилетия периода будет подготовлена база для радикальных преобразований сельскохозяйственного производства в направлении его конвейеризации по примеру бройлерного объединения «Ставропольское». В-третьих, мы сохраним те луч?ие, что у нас остались, сельские кадры и сформируем принципиально нового работника-хозяина.

Кроме организационных и технических препятствий на пути радикальной экономической реформы в селе не последнее место занимают предубеждения, психологическая неготовность к ре?ительным переменам.

В системе РАПО прозябает Вознесеновский кирпичный завод, приносящий ежегодно до 200.000 рублей убытков. Почему бы не сдать его в арен¬ду? Почему не организовать на акционерных началах товарищество, которое занялось бы его реконструкцией с привлечением денег населения, - ведь только на сберкнижках в районе накопилось 60 миллионов рублей. Можно предоставить право арендаторам повысить цену на кирпич, чтобы скорее встать на ноги. Одним словом, смелее осваивать рыночный механизм.

Этого нельзя делать, считает директор завода В. Рязанцев. Во-первых, не разре?ат, во-вторых, повы?ать цены, вообще играть ценами, - “не на? путь”.

А вот посылать грузовики в Калмыкию за сотни верст за кирпичом, удорожая его перевозками — это, получается, «на? путь»...

На невеселые размы?ления навели меня и встречи в четвертой растениеводческой бригаде апанасенковского колхоза “Путь к коммунизму”, выращивающей корма. ?меют еще и тридцать гектаров овощей, которые, правда, удаются плохо и приносят одни убытки. В. Михайленко, бригадир, на кооперативы, семейный подряд, аренду и прочую “коммерцию” смотрит с подозрением. “Надо добросовестно работать, и тогда все будет. Вот если бы все...”

- Ну, а почему вы срываете план по овощам?

- У нас нет современной техники, гербицидов, запчастей...

Да, техники не хватает. Но только ли в этом причина? Разве мало примеров, когда в хозяйствах раскурочивают самые современные ма?ины? Старожилы помнят, как ждали в Арзгирском районе воду. Но вот получили оро?ение, и сколько гектаров плодородней?их земель уже загублено варварской бесхозяйственностью. То же самое в Минераловодском, Андроповском районах. Мне приходилось встречаться со многими работающими на поливных ма?инах. Честные, добросовестные, хоро?ие люди. “Надежные хлопцы, с ними хоть завтра в бой”, — как выразился один руководитель. Почему же многие “надежные хлопцы” с открытыми, симпатичными лицами оказываются самыми обычными громилами, разоряющими землю?

Не мое.

- Вот вы предлагаете организовать кооперативы, - полемизирует со мной Василий Антонович. - Ну, и станет человек с утра до ночи вкалывать. Работают по-разному, возникнет неравенство доходов, подорвется социальная справедливость. Как же быть с завоеваниями революции: равенство, восьмичасовой рабочий день...

Не устаю удивляться парадоксальным зигзагам истории. Когда-то носителем мелкобуржуазных настроений считался крестьянин. ? народник, то есть интеллигент, отваживал его от зловредной частной собственности. Теперь мы будто поменялись ролями. Я крестьянину про земельку, про рынок, а он мне о свободном досуге, о том, что земля — общая.

За подобными дискуссиями, которые сегодня стихийно возникают повсюду, стоит не?уточный вопрос: на кого опираться в проведении экономической реформы? Кто станет движущей силой перестройки в селе? Для меня не представляет ни малей?его сомнения, что это будут не мифические «все». Вперед пойдет не самая зна¬чительная в количественном отно?ении часть села. Но зато самая инициативная, самая работящая, самая жаждущая самостоятельности.

Я много раз слы?ал в районе опасения: как бы такой «арендный кулак» не заграбастал сли?ком много денежек. В боль?их доходах отдельных граждан видят главную опасность. А вот личные мои наблюдения свидетельствуют об обратном: не в том беда, что сли?ком много охотников разбогатеть, а в том, что их пока что мало. Скажем честно, не рвется ныне?ний крестьянин взять в свои руки землю и отвечать за нее.

Ни для кого не секрет, что за последние полвека сформировался тип селянина, отвык?его от предприимчивости, риска, умения брать ответственность на себя.

Выросли целые поколения, не знающие рынка, рыночной конъюнктуры, кото¬рая бывает и непредсказуемой, и жестокой к нерадивому, и милостивой к удачливому. Нам. вскормленным на понятиях абстрактного равенства и пригретым несытой щедростью гарантированного заработка и выплат из фондов обще¬ственного потребления, как-то и не приходит в го¬лову, что итоги даже одинаковых трудовых усилий могут разниться. А уж когда за дело берутся люди неравных способностей и трудолюбий, результаты, оцененные, естественно, рынком, то есть потребителем, могут в десятки раз отличаться.

Чемпион мира по ?ахматам в сеансе одновременной игры переиграет добрую сотню любителей средней руки. Вряд ли нужно доказывать, что выдающийся работник на любом месте настолько же превосходит «трудовую посредственность». Отражается ли это на его статусе, уровне жизни?

В том же колхозе “Путь к коммунизму” средняя заработная плата механизатора, как мы знаем, достигает 300 рублей, а наиболее выдающиеся из них, те, кто жилы на работе рвет, приносят домой в месяц по 500-550 рублей. Вряд ли это полуторное превосходство в доходах адекватно разнице трудового вклада.

В на?их - социалистических - условиях общество должно позволить смелым, умелым, желающим работать много и квалифицированно поднять свой жизненный уровень значительно вы?е среднего. Дать им землю, технику, счет в банке и не переживать за основы социализма, если лет через десять — пятнадцать самые удачливые и трудолюбивые наживут по сто — двести тысяч рублей. Не надо пугать друг друга грядущей, в связи с активизацией кооперативов, раздачей в аренду земель, дифференциацией доходов. ?мущественное расслоение — вполне нормальное и даже необходимое явление, которое позволит влить свежую кровь в трудовое соперничество.

Думаю, необходимо внести ясность и в сомнения по поводу уже складывающегося мифа о якобы насквозь потребительской сущности арендатора, кооператора. В том-то и дело, что, получив в пользование землю, арендуя или покупая технику, он на деньги будет смотреть не совсем так, как наемный рабочий, которому платят за выполнение нормы. У него появится потребность вкладывать личные средства в развитие производства, с которым он все более будет срастаться. Круг его “мое” резко рас?ирится: порядок и здравый смысл, которые он поддерживает сегодня в своем дворе, распространится на его ферму. У человека появится потребность строить свою долговременную жизненную перспективу совер?енно на иных основаниях, чем сейчас.

Вовсе не идеализируя сконструированный тип труженика, отдавая отчет в неизбежности появления и противоречий, вытекающих из его общественного положения, рискну утверждать, что подобный самостоятельный производитель будет более активен в социальном, политическом плане. Он проявит боль?е принципиальности и неуступчивости во взаимоотно?ениях с чиновниками, осложнит жизнь и партийных работников, заставит их действительно заниматься политическим руководством, а не мелочной опекой. Хоро?о это или плохо? Наверное, хоро?о, если мы хотим совер?ить рывок.

Василий Красуля

«Ставропольская правда», 21 февраля 1988 года.