МЫ РОДИЛИСЬ,
ЧТОБЫ БЫТЬ СВОБОДНЫМИ

Реформы в интересах народа

← к списку статей

Про?ед?ий в апреле Всероссийский референдум выявил позитивные перемены в сознании значительной части населения, глубинную заинтересованность в радикальных экономических реформах. Вопреки мрачным прогнозам, народ по?ел за реформами, поддержал Президента Б.Ельцина, как силу, противостоящую тоталитаризму.

Фактически референдум показал, что Россия уже пере?ла в новое качество. Сменилась форма государственного устройства, и народ своим голосованием подтвердил , что с новой формой строя он согласен, поддерживает ее.

Фундаментальные итоги реформ нельзя рассматривать вне политики Президента Б.Ельцина, являющегося сегодня их главным гарантом. Политику эту критикуют с разных сторон. Однако даже те, кто не симпатизирует президенту, но остается на почве объективности, признают положительные итоги его пребывания у власти.

К сожалению, положительные результаты реформ не всегда очевидны простым людям. В повседневной действительности они видят рост цен, инфляцию, падение производства, угрозу безработицы, разгул преступности, коррупцию. Отсюда у многих ощущение личной беззащитности, неуверенности в будущем. ? все это – на фоне отсутствия конституционного регулирования тех новых процессов и явлений, которые вызваны к жизни практикой реформ.

Сегодня практически все согласны, что без радикальных преобразований экономики, государственного устройства, политической системы Россия не выберется из исторического тупика. Но что ждет страну в результате реформ, как изменится жизнь людей, через какие трудности придется пройти?

Руководители выс?ей власти должны наконец сказать народу, что же мы строим в России. Мало заявить, что на?а цель – социально ориентированная рыночная экономика. Вопрос в том, как ее строить.

Противники реформ сосредоточивают свой критический запал на том, что за пример взяты цивилизованные страны Запада, их опыт построения высокоэффективной экономики, свободного демократического общества. Нормой стало обвинение правительства и президента в национальной измене. Все это ли?ено малей?их оснований. На протяжении последних пятисот лет многие отечественные государственные деятели, озабоченные отставанием российской экономики, обращали свой взор на опыт Запада, на развитие товарно-денежных отно?ений, на гражданские и политические свободы, парламентаризм и так далее.

Глинские во времена ?вана Грозного, Ордын-Нащокин при царе Алексее Михайловиче, Василий Голицын в эпоху управления царицы Софьи, император Петр Великий, Карамзин и Сперанский во времена Александра Первого, попытки императора Александра Второго, Петра Столыпина… Можно продолжить этот список поистине великих сынов Отечества. ?мен, говорящих о том, что идеи капитальной перестройки российской действительности принадлежали не безродным космополитам, а патриотам-государственникам, выходцам из блестящих русских фамилий.

?дейный мотив начав?ихся реформ – возвращение гражданам статуса собственников. Собственность, частный интерес – краеугольный камень, на который опирается вся пирамида политических и гражданских прав, свобод и обязанностей в развитых цивилизованных странах.

Проект Конституции России пронизан духом прагматизма, который не противопоставляет личность обществу, личный интерес общественному. Напротив, делает ставку на частный, эгоистический интерес, кладет его в фундамент экономических, социальных, политических институтов нового государства.

Заявляя эти принципы, реформаторы прекрасно понимают издержки индивидуализма. Но видят выход не в подавлении его, а в создании законных правил игры, которые позволяли бы ограничивать произвол, заставляли бы корыстный интерес работать на все общество.

Борьба за власть – суть сегодня?него кризиса в России.

Все государственные структуры воюют друг с другом и внутри себя. Расколоты и Верховный Совет, и правительство, и аппарат президента, и Конституционный суд. Разо?лись по разные стороны баррикад даже президент и вице-президент. Кризис власти сопровождается разрухой экономики, обнищанием населения, развалом страны.

Но попытка восстановления экономики, наведения порядка в государстве до отстройки политической власти – это попытка поставить телегу впереди ло?ади. Это не путь выхода из кризиса, а путь в кризис.

Сразу же после отстранения от власти коммунистов в августе 1991 года, демократические силы предлагали назначить срок выборов в парламент Российской Федерации, провести выборы мэров городов, глав исполнительной власти на всей территории республики. Вместо этого президент стал искать общий язык со старыми структурами власти в наивной надежде, что на такой базе можно провести экономическую реформу. Но вместо встречного движения началось наступление на президентский курс.

Обладая властью, значительными финансовыми средствами, опираясь на Советы во многих регионах России, руководство Верховного Совета завер?ает его превращение в ?таб объединенной оппозиции президенту, правительству, проводимым в стране экономическим реформам и демократическим преобразованиям.

В общем-то, здесь нет ничего удивительного. Действующий Основной Закон писался не для обеспечения нормального развития реформ. Не спасли его и многочисленные поправки, внесенные за последние годы. Многие статьи противоречат друг другу. Этим умело пользуется оппозиция. Особенно в части провозгла?енного всевластия Советов.

Советы, выполняв?ие прежде функцию прикрытия КПСС, в новых условиях показали свою нежизнеспособность. Главная причина в их непрофессионализме и громоздкости. Последнее обстоятельство привело к вынужденному созданию малых Советов с ?ирокими полномочиями. В то же время малый Совет можно рассматривать как прообраз нового представительного органа парламентского типа. ? если кому-то мил сам термин «Советы», можно его оставить. Но в любом случае представительные органы власти должны быть компактными, мобильными, профессиональными.

Кто сегодня противостоит друг другу?

С одной стороны, всенародно избранный президент и те силы, которые поддержали его в августе 1991 года и подтвердили свою приверженность демократическому выбору на апрельском референдуме. С другой – силы, которые хотят вернуть нас на пагубный путь, которым вели страну семьдесят с ли?ним лет.

Поэтому, на мой взгляд, на взгляд тех, кто выступает за ре?ительные реформы, при сравнении двух вариантов Конституции в вопросе об устройстве и взаимоотно?ениях выс?их органов власти предпочтительнее представляется тот, который отдает президенту боль?ие полномочия.

Луч?им выходом из разразив?егося кризиса, а еще точнее сказать, паралича власти могут быть только перевыборы всех органов власти. Причем, думаю, луч?е было бы провести сначала парламентские выборы, а через полгода перевыборы президента. Подобное разведение сроков помогло бы сохранить преемственность власти и поддержать стабильность в государстве.

Россия будет спасена провинцией. Эти слова все чаще приходят на ум политикам, становятся лейтмотивом их поступков.

Сегодня никто не спорит, что в регионы должны быть боль?е передано властных полномочий. Что, став субъектами Федерации, края и области должны получить столько же прав, сколько их имеют сегодня республики.

Здесь вроде бы все ясно. ? тем не менее проблема требует обсуждения.

Волна суверенизаций, не только национально-территориальных, но и региональных, почти расщепила государственность. Сама демократизация не осмыслена и не понятна в своем содержании и смысле. Ведь очевидно, что с умерщвлением государства демократии не станет боль?е. Тем более ее не прибавится с ослаблением федеральной власти. Платой за это уже является кровь сотен и тысяч беззащитных людей.

Единое целостное государство невозможно без единого и целостного политико-правового пространства, контролируемого федеральной властью. Следовательно, ставя вопрос о равных правах территорий, нужно конституционно дифференцировать две самостоятельные системы общественных отно?ений: управленческие и политические. Регионам – рычаги для принятия самостоятельных ре?ений. Политические же остаются у центра.

Обо всех опасностях суверенизации особенно уместно помнить нам, жителям Северного Кавказа. Мы особенно заинтересованы в том, чтобы в вопросах межнациональных отно?ений в Конституции оставалась полная ясность, чтобы было гарантировано равенство прав всем народам и территориям. ? при этом оставался сильный, полномочный, ответственный центр.

Этнические права защищаются гражданским правом. ? трезвая, а не спекулятивная, политика может состоять в требовании последовательного и неукоснительного обеспечения законности в обществе.

В Конституции очень важно наложить категорическое табу на пропаганду и политику отстаивания любых этнических прав, выходящих за рамки конституционных прав гражданина. С этой точки зрения надо относиться и к проблемам казачества, которое в последнее время все настойчивее выдвигается на первый план политической жизни, по крайней мере, Северного Кавказа и Ставрополья.

Казачество как историческое явление России требуется закрепить в Конституции не как народ, а скорее как сословие. То есть как определенный договор между государством (льготы по земле и т.д.) и казаками (служба). В противном случае все казачье возрождение повисает в воздухе. Необходимо на самом высоком уровне, на уровне Конституции четко определить место и роль казачества в государственном устройстве России.

Неоднозначное, а порой и болезненное отно?ение к отдельным ключевым положениям проекта Конституции различных политических сил говорит о том, что принять Основной Закон на принципах минимального консенсуса сегодня, в условиях экономического спада и обострения социальной напряженности, возможно, не удастся. Но страна не может боль?е находиться в подве?енном состоянии.

Как быть?

Думается, выход может быть найден в промежуточном ре?ении. Нужно принять Конституцию или конституционный акт переходного периода. Четко оговорить, какой срок он будет действовать. Главное на ныне?нем этапе – зафиксировать на?е понимание формулы российского федерализма и соотно?ение властей. Такое соотно?ение, когда инициативное лидирование – за исполнительной, а контроль и корректировка - за законодательной ветвью.

Думаю, что Совет Федерации плюс Конституционное совещание, плюс все российские депутаты, которые пожелают принять в этом участие, могут организовать вполне легитимное представительство и на нем принять Конституционный акт переходного периода.

Боль?инство ныне?них депутатов при избрании были членами КПСС, а после запрещения стали беспартийными. Сегодня и съезд, и Верховный Совет – это объединение людей, которые никого, кроме себя, не представляют.

Сегодня фактически все органы власти, в том числе и исполнительной, не опираются на какую-либо организованную политическую силу, на публично выраженные и гласно отстаиваемые интересы тех или иных слоев населения. Общество еще не самоорганизовалось политически. В этом одна из причин разбалансировки властей, бесконтрольности исполнительной власти, ненаказуемости чиновников.

Чтобы представительная и исполнительная власти действительно стали подотчетными народу, чтобы население могло реально участвовать в их формировании и в законном порядке сменять их, нужны многопартийные выборы. На таких выборах избиратели будут голосовать не только за личность, но и за те программы, политические платформы, которые они разделяют.

Главный вопрос переходного периода состоит, на мой взгляд, в следующем. Ставим ли мы на личность, как это делается во всем цивилизованном мире, либо опять будет довлеть государство, вооруженное очередной идеологией, планом всеобщего спасения и всеобщей справедливости.

Различия между вариантами проектов – одобренным Конституционным совещанием и внесенным Конституционной комиссией – непринципиальны и незначительны. Главным образом они касаются устройства выс?их этажей власти.

Сегодня эта проблема воспринимается болезненно по чисто субъективным мотивам. Но для судеб России, для будущих поколений россиян и политиков она не будет столь значительной. Необходимо найти компромиссный вариант этих различных подходов для того, чтобы сегодня вообще можно было говорить о спасении Российского государства и продолжении реформ.

В.КРАСУЛЯ, заместитель главы администрации края.

«Ставропольская правда», 14 сентября 1993 года